Обновление от 10.05.2014! На сайт добавлено более 100 видео о Белле Ахатовне Ахмадулиной.


Передачи


Читает автор


Память о Белле


Новости


Народная любовь


Избранное:

Статьи

Белла АХМАДУЛИНА: Вовеки пребуду добра и свободна, пока не уйду от вас сколько-то-летней

Уходят люди, еще при жизни ставшие символами своего поколения. Уходят, чтобы не видеть нашего бессмысленного существования в мире животных инстинктов. Не сталкиваться с нашим идиотизмом.

В понедельник, 29 ноября, к ним присоединилась Белла Ахмадулина. Великий поэт. Великая женщина, пожалуй, единственная умевшая столь изысканно выразить невыразимое.

Она любила любить и любила дружить, иначе бы не написала в свои двадцать с небольшим лет строчки, которые сегодня знает вся страна.

По улице моей который год

Звучат шаги – мои друзья уходят.

Друзей моих медлительный уход

Той темноте за окнами угоден.

Теперь лишь Богу ведом смысл, который вложила она в эти строки. Но мы вольны в своих интерпретациях. И насколько трагично звучат они сегодня, когда уже навсегда уходят последние символы эпохи, которая могла стать великой. Эпохи, успевшей сделать маленький глоток свободы после смерти Сталина, явив миру поколение шестидесятников.

Увы, ее величие было прокурено и заболтано на тесных кухнях хрущевок. Задушено молчаливым всесогласием, покорностью и агрессивной серостью.

Но тем ярче на этом фоне сверкают символы той эпохи – Ахмадулина, Вознесенский, Рожденственский, Евтушенко и многие другие. Те, кто, по крайней мере, старался хоть немного разогнать серость бытия страны развитого социализма.

Она не была борцом с режимом, хотя и обласканной властью ее трудно назвать. Она творила и каждым своим словом, каждой рифмой доказывала, жизнь не стоит того, чтобы тратить ее на разборки с зажравшимся чиновничеством. Есть вещи ценнее банковских счетов, сколь бы те ни были велики.

Какая разница, в каком гробу тебя похоронят? Какое значение имеет то, кто, что и как говорит на твоих похоронах и сколько искренности в этих словах?

По-настоящему важно лишь то, как и будут ли помнить тебя вообще после того, когда твоя могила зарастет травой.

Любая империя со временем разрушится, деньги кончатся. Всемогущее кресло власти не простоит пустым и дня. И не факт, что его обладатель помянет тебя добрым словом. Скорее всего, наоборот.

Оставленное же Ахмадулиной наследство нетленно. Его изысканной нежностью и непритворной искренностью будет восхищаться еще не одно поколение.

Но, боже, не слишком ли часто стали падать звезды в гробы?

Видимо, правы те, кто говорит, что уходит эпоха, забирая с собой своих великих представителей.

Страшно подумать, что на смену им идут новые символы типа «выдающихся» актеров шоу «Дом-2». Новое поколение знает их по именам и в лицо. И мало кто из представителей этого нового поколения знает Ахмадулину. Но если это символы, то какая грядет эпоха?

Да, времена изменились. Сменились эпохи. Говорят, сегодня поэзия никому не нужна. Она уже не жжет сердца людей. Но неужели поэзия, действительно, – удел избранных, а остальным – пиво, бесконечные шоу и Путин?

Старая гвардия решила собраться в лучшем из миров.

Верните XX век!

Алексей КИРИЧЕНКО

И тут встала Белла.

Я абсолютно уверен, что в эти печальные дни будут сказаны все слова, которые Белла, великая русская поэтесса, заслуживает.

Я просто хочу рассказать одну историю – историю из нашей молодости. Когда Белла, можно сказать, показала свою истинную силу и забила всех шестидесятников.

Это было где-то в 60-х годах в редакции «Юности». Приехал американский писатель Джон Стейнбек. И собралась вся литературная элита – сейчас из нее уже практически несколько человек осталось, но тогда все были живы, веселы, молоды и все собрались в редакции «Юности» на встречу с известным американским писателем. Но редактор «Юности», тогда – Борис Полевой, подходил к каждому и буквально слезно просил: «Старичок, ты же не хочешь, чтобы закрыли наш журнал, правильно? Сам Стейнбек, может, и хороший, но с ним обязательно будет шпион из посольства, и обязательно будут провокационные вопросы, поэтому, ребята, осторожнее! Сидите и не подводите меня, старика, старайтесь ничего не говорить, держитесь!»

И вот мы собрались все, приходит Стейнбек, с ним молодой человек из посольства, и Стейнбек начинает нас выспрашивать. А мы все говорим какие-то обтекаемые вещи. Иногда задаем ему вопросы – тоже глупые. По-моему, один из глупых вопросов я задал: был ли он знаком с Хемингуэем? На что Стейнбек ответил в своей манере, что, дескать, конечно, был знаком, дружить они не дружили, но два раза встречались и крепко выпивали, где-то это было в кафе или в барах.

И что один раз платил Хемингуэй, а второй раз платил Стейнбек. И все в таком плане. А потом он на нас посмотрел и сказал: «Вы знаете, что меня предупреждали, что здесь сидят молодые львы, которые будут кусаться, которые будут с зубами, а я на вас смотрю, вы какие-то мямли. Я не слышу от вас ни вопросов, ни ответов острых. » И мы сидим, мы же связаны словом, и тут встала Белла. И от своего имени объяснила Стейнбеку очень четко, что никто из нас не отважился сделать, что есть разница между ним и нами.

Что он может говорить все, что угодно, а мы этого не можем себе позволить, и что если господин Стейнбек этого не понимает, то это его недостаток воспитания или образования. И он это понял. И совсем по-другому посмотрел на нее и на нас. Вот никто из нашего поколения – а сидели Евтушенко, Вознесенский, Аксенов, – все звезды – все сидели и молчали, никто не мог ответить, а объяснила все только Белла. Вот это одна история про нее – вот какой она была в молодости.

Анатолий ГЛАДИЛИН,

Писатель, диссидент

СКАЗАНО!

Эльдар РЯЗАНОВ, режиссер:

– Случилось огромное несчастье – не стало великого поэта, прекрасной женщины, верного друга, человека неслыханного обаяния, Беллы Ахмадулиной.

Это ужасная потеря для нашей поэзии, для настоящей интеллигенции. Потому что эта женщина была чудом. Ей были дарованы Богом прекрасная внешность, изумительный голос, неповторимый поэтический талант. Она прожила жизнь безукоризненную, была эталоном чести, достоинства и веры в высокие идеалы.

Скромность ее была фантастической. Причем не наигранной, а очень естественной. О себе она была как раз не очень высокого мнения. Я в несколько своих фильмов включил песни на ее стихи, и она на полном серьезе считала, что ее популярность пришла благодаря этим фильмам.

Мы глубоко скорбим, потому что в нашей среде образовалась огромная черная дыра. Белла Ахмадулина была настоящим другом, я ее обожал. После этой беды будет очень трудно оправиться.

Михаил ЖВАНЕЦКИЙ, писатель:

– Я потрясен! Я слишком любил ее… Это так угнетающе действует… Умер великий поэт. И так неожиданно. Никто не знал, и я ничего не знал об ее болезни. Я знал, что у нее были проблемы со зрением, не более того.

Настолько все пустеет. Словно едешь по дороге, и исчезают указатели, верстовые столбы. Куда и с кем? Ни с кем и в никуда. Для меня таким ориентиром был Окуджава и Володя Высоцкий, но меньше, чем Окуджава. И Вознесенский. Теперь вот Белла. Она – такой человек: если она подпишет, и я подписывал, если она выступает, и я выступал. Знал, что тогда это будет точно, по совести.

Она говорила стихами и пела стихами. Точно как птица. Из ее горла лилась стихотворная речь. Простую фразу: «Миша, посиди со мной», – я воспринимал из ее уст как стихи. Она – совершенно поэтичная женщина. И великий подвиг ее мужа Бориса Мессерера, который опекал и поддерживал ее. Как и в случае с Андреем Вознесенским и Зоей Богуславской – на первый план выходят люди, которые рядом…

Сергей ЧУПРИНИН, главный редактор журнала «Знамя»:

– Белла Ахмадулина не только писала абсолютно виртуозные волшебные стихи, но и говорила так, что ее речь нельзя было перепутать ни с чьей другой. Абсолютно несравненный талант. И сейчас, когда пришла эта скорбная весть, трудно да и незачем равняться с нею в даре говорить так проникновенно и так фантастично, как умела только она. Поэтому я скажу просто: ее уход – это трагедия для современной русской культуры. Мы-то привыкли к ее присутствию, так же, как привыкаешь к пению птиц в весенний полдень. И русская культура без Ахмадулиной, без этого голоса – все равно, что русская роща, вдруг оставшаяся без певчих птиц.